Гадание имеет такую глубокую давность, что уже многочисленные виды
его мы встречаем среди различных памятников египта, халдеи, греции,
древнего мира и в других странах.
Среди славян гадание было весьма распространенным и им
преимущественно занимались жрецы, ведуны, знахари, ворожеи, кудесники и
колдуны. Даже в библии и то мы встречаем неоднократные случаи гадания.
В древней руси гадание было особенно распространено в эпоху теремного
затворничества. В длинные зимнии вечера сенные девушки, боярыни и боярышни
коротали время и пытались проникнуть в область таинственной судьбы и
разгадать свое будущее.
Виды гаданий крайне разнообразны и поэтому не приводя здесь всех, мы
остановимся лишь на наиболее употребительных и популярных.

Перевод: Петр Ганзен
OCR: Олег Пелипейченко

Grandeur, savoir, renomee,
Amitie, plaisir ei bien
Tout n'est que vent, que fumee:
Pour mieux dire, touf n 'est rien. *

* Величие, мудрость, громкое имя,
Дружба, удовольствия и добродетель ——
Не что иное, как ветер, как дым,
Иными словами, —— ничто (франц.).

Перевод З.Александровой
OCR: Alexander D. Jerinsson

Правда всякой выдумки странней.
Старая пословица

Когда мне недавно представился случай, занимаясь одним ориенталистским исследованием, заглянуть в "Таклинетли" — сочинение, почти неизвестное даже в Европе (подобно "Зохару" Симона Иохаидеса), и, насколько я знаю, не цитированное ни одним американским ученым, исключая, кажется, автора "Достопримечательностей американской литературы" — итак, когда мне представился случай перелистать некоторые страницы первого, весьма любопытного сочинения

Эдселю хотелось кого—нибудь убить. Вот уже три недели работал он с Парком и Факсоном в этой мертвой пустыне. Они раскапывали каждый курган, попадавшийся им на пути, ничего не находили и шли дальше. Короткое марсианское лето близилось к концу. С каждым днем становилось все холоднее, с каждым днем нервы у Эдселя, и в лучшие времена не очень—то крепкие, понемногу сдавали. Коротышка Факсон был весел — он мечтал о куче денег, которые они получат, когда найдут оружие, а Парк молча тащился за ними, словно железный, и не произносил ни слова, если к нему не обращались.

Перевод Р. Райт—Ковалевой
Курт Воннегут. "Колыбель для кошки"

Стояла ранняя весна. Неяркое солнце прохладно касалось серого, слежавшегося снега. Небо просвечивало сквозь ветви ивы, где пушистые барашки уже готовились брызнуть золотой дымкой цветения. Черный "роллс—ройс" несся по коннектикутскому шоссе из Нью—Йорка. За рулем сидел негр—шофер Бен Баркли.

Вначале были две планеты, начисто лишенные руд, выработанные, выпотрошенные и оставленные нагими, словно трупы, обглоданные космическим вороньем.
Потом была планета с волшебным городком, наводящим на мысль о паутине, на которой еще не высохли блестки росы, — царство хрусталя и пластиков, исполненное такой чудесной красоты, что при одном лишь взгляде щекотало в горле.